http://artslava.com/


Досье

Степан Коваль


«Не страшно потерять уменье удивлять – страшнее потерять уменье удивляться», – пожалуй, эти опасения Александра Городницкого очень созвучны людям, любящим анимацию. Только тот, кто способен сохранять в себе чистоту и искренность детского восприятия жизни, может понять язык анимации, по достоинству оценить знаки и символы мультипликации. И в этом мы убедились, беседуя со Степаном Ковалем, автором мультфильма «Шел трамвай девятый номер», получившего Гран-при кинофестиваля «Молодость» и «Серебряного медведя» на Международном кинофестивале в Берлине.

Опубликовано в журнале DFOTO, №3, 2004 г.


Сайт мастера

ШЁЛ ТРАМВАЙ
девятый номер

«Душевность» мультфильма зависит от многих факторов. Такое распространенное одно время отношение к компьютерным мультфильмам сложилось, во-первых, по причине несовершенства старых технологий, а во-вторых, из-за человеческого фактора. Вот, к примеру, студия «Пиксар» (ряд ее проектов удостоены «Оскаров») – куча спецэффектов, хорошая режиссура, поэтому и ребенку интересно, и мне. Там нет холода! Я вижу, как это сделано, представляю себе технологию, но не ощущаю эмоционального провала.

Степан, расскажите немного о себе: где родились, учились.

Родился я в Днепропетровской области, однако до 16 лет жил в Литве – родители были распределены по работе в Литву – потом вернулся в Украину. Окончил Днепропетровский монтажный техникум, Киевскую академию художеств, Киевский театральный институт по специальности режиссер анимационного кино.
Как Вы пришли в анимацию?

Я с детства обожал мультфильмы. Стоило нам заслышать с мальчишками знаменитые позывные из «Карусели», как мы сломя голову неслись домой к телевизору. Наша дворовая команда просто «болела» мультфильмами. Мы общались исключительно цитатами из них. Даже до сих пор, встречаясь с друзьями, эти фразы у нас в ходу. Позже, занимаясь архитектурой, я увлекся любительской киносъемкой на 8-миллиметровую бытовую камеру.

Однажды, гуляя по улице, прочитал объявление о том, что набирается курс аниматоров-режиссеров при Театральном институте им. Карпенко-Карого. Его создавал известный режиссер Евгений Яковлевич Сивоконь, собирая своих первых слушателей. У него долгие годы не было возможности снимать, но он, по сути, первый из мастеров, кто не уехал, решил поделиться своим опытом и мастерством с молодыми. Так набралось восемь человек. Хотя я еще в то время полагал, что анимация – это хобби, а основная моя профессия – архитектура.

На любительскую камеру Вы снимали обычные видеосюжеты или создавали анимацию?

По сути, это были повседневные сцены, когда персонажи перемещались, что-то делали, а я изучал их движение. Архитектурное образование развило у меня умение рисовать и мыслить графически, ведь по специальности я художник-архитектор. Увлечение кино дало понимание движения. Одной из студенческих работ был сюжет в пластилиновой технике, – с него и началось все дальнейшее развитие. Впрочем, есть у меня и рисованный проект, который мечтаю воплотить в жизнь, но пока попросту не хватает ни времени, ни средств.

Имеются ли у Вас какие-то реализованные архитектурные проекты??

Нет. После техникума я всего лишь два года отработал по специальности: в частности, в поселке Кринички под Днепродзержинском. Там в основном занимался фасадами зданий (детский сад, больница, администрация). Правду сказать, у архитекторов тяжелая жизнь в смысле самореализации. По статистике, становление мастера происходит к 50–60 годам. Есть, конечно, примеры, когда и в молодые годы архитекторы завоевывали свое признание, но это, скорее, исключения из правил. Судите сами, в Киеве ежегодно выпускается около 200 специалистов. Зато профессия аниматора столь же уникальна, как космонавта.

Расскажите о Вашем первом анимационном фильме.

Это была моя курсовая. Надо заметить, что в те годы процесс обучения еще не был настроен, никто не знал как и чему нас учить, в расписании то появлялись, то исчезали какие-то предметы, никаких программ и методических разработок не существовало. В основном обучение шло путем общения с Евгением Яковлевичем Сивоконем, Светланой Яковлевной Куценко, редактором студии «Укранимафильм», Натальей Чернышовой, художником студии, Леной Касавиной, мультипликатором и режиссером, и другими замечательными мастерами, хотя теперь я понимаю, что, вероятно, в этом и заключалась главная ценность нашего образования. Мы систематически встречались, перенимали опыт, перерабатывали его. Это и дало нам возможность сделать сборник фильмов, который был удостоен призов на фестивалях «Крок» и «Пролог».

Как назывался этот сборник?

Сериал назывался «Это – мы», он рассказывал о нашей жизни. Все фильмы были совершенно разными по технике исполнения. Кстати сказать, из нашей группы до диплома «дошли» четыре человека, было снято три фильма. Мой дипломный фильм назывался «Z-Z-Z», я использовал в нем все технологии, которые не успел апробировать за время учебы: «перекладка» (т. е. рисованный), рисованный по целлулоиду, царапанный по кальке карандашом и т. д.

Озвучивание своих работ Вы проводили самостоятельно?

На озвучку средств не было, оставалось только найти и наложить какую-то музыку – как мне кажется, я с этим не справился, тем не менее, фильм получился хороший.

В нашей стране до сих пор бытует мнение, что мультики, созданные на компьютере, менее «душевны», чем рисованные вручную или кукольные. Вы разделяете такую точку зрения?

«Душевность» зависит от многих факторов. Такое распространенное одно время отношение к компьютерным мультфильмам сложилось, во-первых, по причине несовершенства старых технологий, а во-вторых, из-за человеческого фактора. Вот, к примеру, студия «Пиксар» (ряд ее проектов удостоены «Оскаров») – куча спецэффектов, хорошая режиссура, поэтому и ребенку интересно, и мне. Там нет холода! Я вижу, как это сделано, представляю себе технологию, но не ощущаю эмоционального провала.

Ведь компьютер – всего лишь средство, помогающее режиссеру воплощать его замыслы. Причем средство сложное, на его освоение требуется много времени. А где его взять? Поэтому поначалу компьютерной анимацией занимались инженеры, а не художники, программисты, а не режиссеры. Они прекрасно владели «железом», но не знали множества психологических, композиционных и прочих нюансов. Они знали КАК сделать, но не знали ЧТО нужно создавать. Поэтому появилось много непрофессионально выполненных работ.

Совсем другой результат будет при коллективном творчестве: сценарист написал сюжет; художник нарисовал персонажи; режиссер придумал, как это воплотить на экране, расставил планы; аниматоры сделали модели; инженеры и монтажеры, используя самые прогрессивные технологии, применили нужные спецэффекты; композитор сочинил музыку – тогда это ПРОИЗВЕДЕНИЕ. Но все должны отработать с полной отдачей, на все сто процентов. Халтура хотя бы в одном звене может привести к краху всего проекта в целом.

Существует ли такое разделение труда у Вас в студии?

1 2 3


Оставьте комментарий